В школе хорошо, а дома лучше?

Однако в решении забрать ребенка из школы многим чудится что-то подозрительное, если не сектантское. Хорошо ли это? «Каждый ребенок по природе своей хочет учиться, и задача педагога в том, чтобы это желание разжечь или хотя бы не погасить, – продолжает Алексей Семенычев. – Лучший способ убить мотивацию – показать ребенку, что нам не важен его интерес, мы ждем от него только четкого выполнения инструкций. Мы не только идем за интересом, но и направляем его. Конечно, мы держим руку на пульсе – просматриваем дневник, интересуемся его успехами, ходим на родительские собрания. Главная проблема семейного образования: нет четких ориентиров. Можно наконец сосредоточиться на главном: чему и как учиться. В семейном образовании такая линейность исчезает, а вместе с ней и гарантии. «Мы стремимся к тому, чтобы каждый ребенок занимался по индивидуальному плану, – говорит Алексей Семенычев, президент Ассоциации развития семейного образования. – При этом подходе нет давления, погони за показателями: дети много гуляют, занимаются в кружках, ходят в музеи, что-то изучают и мастерят сами». Отводя ребенка в школу, мы словно включаем автопилот и на некоторое время передаем другим контроль над его безопасностью, временем и развитием. Каждая ситуация для нас была поводом к разговору. Среди хоумскулеров теннисистка Мария Шарапова, актеры Элайджа Вуд, Эмма Уотсон и Райан Гослинг. Если начать разбираться, становится ясно, что в образовании вне школы нет ничего «инопланетного». Все, что не интересно, рано или поздно отпадет само». Ребенок пробует отвечать по-разному, что-то подсматривает у других, и репертуар его общения становится богаче. А потом программа усложняется, и начинаются трудности, стрессы. По наблюдениям консультанта по семейному образованию Ольги Головановой, родители чаще всего забирают детей из школы после неудачного опыта, когда понимают: что-то идет не так. «Многие видят, что ребенок отучился шесть-семь лет, но не может проявить никаких особых знаний ни по одному предмету, – говорит она. – В начальной школе, как правило, все идет гладко, если повезло с учительницей. Если это динозавры или улитки, прекрасно. Но будем честны: в современном мире, где знание фактов ценится меньше, чем умение быстро соображать, эти гарантии стоят немного. По крайней мере, не пускать вопрос о социализации на самотек. У ребенка есть потребность в общении, ему нужно, чтобы были приключения, ему требуется выплеснуть энергию. И потом в жизни им это очень пригодилось: везде нужны люди, которые умеют адекватно общаться, строить рабочие отношения». У мальчика даже диагностировали синдром дефицита внимания. А если рядом будут только близкие люди, которые ему знакомы и понятны?» Конечно, есть детские лагеря, туристические поездки, тренинги общения и психологические игры. Последний поменял парту на письменный стол в своей спальне, потому что просто не ужился в школе: не мог усидеть на месте, вечно нарушал дисциплину, да и с одноклассниками отношения не сложились. Педагог и художник Алексей Карпов, который обучил таким образом троих своих детей, размышляет: «Как проходит школьный урок? Дети учатся, но параллельно они общаются – урывками, между партами. Достаточно посмотреть на выдающихся спортсменов и актеров – тех, кто не мог ходить на занятия наравне со всеми, кому требовалась индивидуальная программа. Родители хватаются за голову

В начальной школе, как правило, все идет гладко. «Я спокойно относился к объему знаний, старался сократить нагрузку, где можно, – рассказывает Алексей Карпов. – И потом, когда дети уже выросли, я понял: главным их преимуществом оказалось именно умение учиться самостоятельно. Почему? Это детский способ входить в контакт, «проверка на вшивость». И боже упаси его трогать в этот момент. Было

шесть кружков – осталось три. Он может относиться плохо к нашему образу жизни, стараться найти изъяны. Этот человек может быть добрым, а может быть злым. Но в то же время знаем: в первой половине дня он живет по чужим правилам. Но потом – да, он понимал, что нужно позаниматься. Когда он насытит свою жажду, то с большей охотой возьмется за занятия. Дело не только в самих занятиях, но и в чередовании пауз, смене деятельности: в домашнем обучении возможен более гибкий подход. В итоге его обучением занялась мать. По словам актера, это дало ему «чувство самостоятельности, которое с тех пор никогда его не покидало». И при этом дать ребенку нечто большее. Учить тригонометрию или неправильные глаголы без дневников, звонков и контрольных? Сторонники семейного обучения верят: стандартный набор предметов можно освоить и дома. Когда в начале 90-х годов у родителей появилась возможность выбирать для ребенка форму обучения, это было символично: государство передавало гражданам право решать самим, что хорошо для них и их детей. Немало родителей считают, что в школе ребенка не научат главному – самостоятельно ставить себе задачи и решать их, мыслить творчески и действовать не по указке. С тех пор в России выросли целые сообщества «семейщиков»: те, кто сам прошел через это, помогают другим. Клубы родителей хоумскулеров (детей, которые учатся дома) есть в каждом городе-миллионнике, а тематические группы в соцсетях насчитывают десятки тысяч подписчиков. И еще – принимать решения: занимаются они в этом году по предмету сами или с моей помощью? Хотят изучать дисциплину глубоко – или только чтобы пройти аттестацию? Собираются продолжать учиться дома или вернутся в школу? В итоге один из моих сыновей все же вернулся: соскучился по друзьям». Например, важно уметь дразниться. К примеру, мой сын любил играть на гитаре. А потом программа усложняется, и начинаются стрессы. Желание защитить ребенка от перегрузок и создать ему комфортную среду – не единственный довод в пользу «развода» со школой. А если он просто устал? В семейном обучении мы, наоборот, стараемся учить ребенка тому, что ему интересно. Еще больше тех, кто смотрит на идею со скепсисом: можно ли дома дать знания лучше, чем это сделают профессионалы? Не вырастет ли ребенок инфантильным, капризным, «диким»? Зачем, в конце концов, нужно столько возни, если до ближайшей СОШ рукой подать, и отзывы о ней неплохие? «Чтобы развиваться, ребенок должен получить разный опыт, и не всегда его может дать семья, – говорит детский психолог Галия Нигметжанова. – В школе он взаимодействует с незнакомыми людьми, усваивает их требования, строит модели поведения в сложных ситуациях. «Я говорил детям: когда вы попадаете в коллектив, вы должны построить с людьми конструктивные отношения, – делится опытом Алексей Карпов. – Даже когда мы шли на аттестацию, обсуждали: как взаимодействовать с учителем психологически. За счет того, что я думал об этих моментах, у нас и сама учеба шла комфортно, оптимально». Школа предлагает контракт: «будешь соблюдать правила – получишь путевку в жизнь». Семейному образованию в России уже четверть века. Переведя ребенка на семейное обучение, многие вздыхают с облегчением: не нужно будить его ни свет ни заря, думать о четвертных оценках, писать объяснительные из-за пропусков. Родители хватаются за голову». Но обо всем этом должен думать родитель.